Если будем строить жизнь на отрицанье
И не сможем повернуть свое сознанье –
Значит, прежними привычками страдаем,
Что мешает, от себя не отпускаем.
Много движется без нашего веленья,
Но нельзя все оставлять без измененья.
Очень часто покидаем мы путь счастья,
Сознавая это только сквозь несчастья.
Пустоту в духовном шуткой принимаем,
Одиночество вдруг счастьем называем
И с надеждою, что радость повстречаем,
Гасим свет и в темноте одни шагаем.
Радость света ищем мы среди затменья –
Так не выстроить нам
новый путь мышленья.
Тот, кто святость и духовность отрицает,
Тот умышленно себя в грехи толкает.
Размывание духовности не слышим,
Наводнение души больным не видим.
Наш язык без пауз и без дум болтает –
Ведь он плоть, он нашу душу не читает.
Он болтает, а весь мир затем страдает,
Ведь духовность болтовню не принимает.
Только в музыке хотим услышать душу,
А словами бьем других, как в боксе грушу.
Лишь в стихах язык молчит, душа пылает,
Чистой музою словесность заполняет.
Только в мудром я не вижу
лишних строчек.
Но соленья достают из разных бочек.
Равнодушно в соглашательство шагаем.
Верим церкви, а святое прогоняем.
Не наполненные верностью желанья
Водят нас по кругу глупого мечтанья.
Так и в жизни – кто-то видит лужу в море,
А другой купает взор в морском просторе,
Заполняя душу мыслями святыми.
Мы расстанемся с привычками больными.
И не сможем повернуть свое сознанье –
Значит, прежними привычками страдаем,
Что мешает, от себя не отпускаем.
Много движется без нашего веленья,
Но нельзя все оставлять без измененья.
Очень часто покидаем мы путь счастья,
Сознавая это только сквозь несчастья.
Пустоту в духовном шуткой принимаем,
Одиночество вдруг счастьем называем
И с надеждою, что радость повстречаем,
Гасим свет и в темноте одни шагаем.
Радость света ищем мы среди затменья –
Так не выстроить нам
новый путь мышленья.
Тот, кто святость и духовность отрицает,
Тот умышленно себя в грехи толкает.
Размывание духовности не слышим,
Наводнение души больным не видим.
Наш язык без пауз и без дум болтает –
Ведь он плоть, он нашу душу не читает.
Он болтает, а весь мир затем страдает,
Ведь духовность болтовню не принимает.
Только в музыке хотим услышать душу,
А словами бьем других, как в боксе грушу.
Лишь в стихах язык молчит, душа пылает,
Чистой музою словесность заполняет.
Только в мудром я не вижу
лишних строчек.
Но соленья достают из разных бочек.
Равнодушно в соглашательство шагаем.
Верим церкви, а святое прогоняем.
Не наполненные верностью желанья
Водят нас по кругу глупого мечтанья.
Так и в жизни – кто-то видит лужу в море,
А другой купает взор в морском просторе,
Заполняя душу мыслями святыми.
Мы расстанемся с привычками больными.