С гитарою или с баяном
Попробую песню сложить
О том, как усталой душою
Умелось родное любить.
Пусть смех разлетается всюду,
Пусть радостью стелется след.
Я что-то в последнее время
Всех жду на последний обед.
Я так и не смог перестроить
Свой взгляд на ничтожность и пир.
Я знаю: умру не в прошеньях,
А в битве за радостный мир.
Тревоги и шумные сплетни
За жизнью моей вслед идут.
Я верю в любовь, а не в войны,
Но подлости, страсти живут.
И вновь поднимаю бокалы
За то, чтоб исчезла вся мразь.
Мне клетка не снилась, я жил в ней,
Не слышал я слов: "С кресла слазь".
Не мог я дышать той "свободой",
Которую я не принял.
Я слышал журчание моды,
В которой не видел причал.
Я вроде Россию оставил,
Но тело с душой не срослось.
Уехалось, духом рыдалось,
Ночами, увы, не спалось.
Встревожили школьные годы
Мой юный бодрящийся дух.
Хотелось уехать от скорби,
Развеять неверности слух.
Увы, это просто забвенье,
Увы, невозможно унять
Душевные все покаянья
И сердце, любившее мать.
Попробую песню сложить
О том, как усталой душою
Умелось родное любить.
Пусть смех разлетается всюду,
Пусть радостью стелется след.
Я что-то в последнее время
Всех жду на последний обед.
Я так и не смог перестроить
Свой взгляд на ничтожность и пир.
Я знаю: умру не в прошеньях,
А в битве за радостный мир.
Тревоги и шумные сплетни
За жизнью моей вслед идут.
Я верю в любовь, а не в войны,
Но подлости, страсти живут.
И вновь поднимаю бокалы
За то, чтоб исчезла вся мразь.
Мне клетка не снилась, я жил в ней,
Не слышал я слов: "С кресла слазь".
Не мог я дышать той "свободой",
Которую я не принял.
Я слышал журчание моды,
В которой не видел причал.
Я вроде Россию оставил,
Но тело с душой не срослось.
Уехалось, духом рыдалось,
Ночами, увы, не спалось.
Встревожили школьные годы
Мой юный бодрящийся дух.
Хотелось уехать от скорби,
Развеять неверности слух.
Увы, это просто забвенье,
Увы, невозможно унять
Душевные все покаянья
И сердце, любившее мать.