* * *

Опять твердят: спустить на Землю.
А я давно на ней живу.
Лишь согласиться с проживаньем
Я всей душою не могу.

Не мог всю жизнь приспособляться,
Звали одуматься всегда,
За прямоту все уважали
И опасались иногда.

Когда открыто на собраньях
Я к справедливости всех звал,
Не через слово, через дело, Не
каждый это принимал.

Ошеломляла моя смелость,
Сопротивление властям,
Я слышал шум аплодисментов
Вслед мной построенным путям.

Мне говорили: ты талантлив,
Но ты душою всей открыт,
Старайся промолчать, где нужно...
Иначе путь наверх закрыт.

И при отсутствии лиц третьих
Мне все твердили, что я прав,
Лишь рядом третий появлялся -
Их мысль теряла верный сплав.

Не мог молчать, душа кричала
За то, что глупость верх брала.
Увы, ведь это всё осталось...
Духовность в страхе замерла.

Пытался я понять сознаньем
Их приспособленную суть.
Я видел, что циничным тоже
В достойность хочется шагнуть.

Но мне везло, что мне встречались
Добро, достойность, силы весть.
И, видно, Небом укреплялась
Мной отвоеванная честь.

Не мог держаться я за кресло,
С которого не видел даль,
А тех, кто к креслу рьяно рвался,
Всегда держался поодаль.

Услышьте все, кто недослышал,
Простите те, кто не простил.
Что где-то недостойно прожил,
Но всем достойность сохранил.