Не звонят мне сыновья, не пишут…
Ведь ты рядом, боль твоя – их боль.
Искаженьем весь мой путь исчерчен,
Ты в молве сердца их не неволь.
Сам звоню им, в стуках сердца слышу,
Что разлука болью ранит их.
Понимая все переживанья,
Я не в силах думать за двоих.
Просьбой жил всю жизнь к тебе одною:
Не чернить мой облик в их сердцах,
Я вдали, ты им меня рисуешь…
Рисовался шум в их головах.
Без вопросов не бывать ответам.
Непонятность ты могла скрывать.
Разве мог бы грубостью ответить
Я в тиши, где Божья Благодать?
Часто мы другого обвиняем,
Где вина ложится на двоих.
Нет, не отыскать там пониманья,
Где не каются в грехах своих.
Жил заботой с думами о доме.
В безразличье утонул ответ.
Чрез молву за все виной овенчан,
Из вины им трудно дать совет.
С юных лет гуляньем оклеветан.
Тебе верил, глупость рассказал.
Очень жаль, но сын о ней услышал,
Из-за бурных лет возник скандал.
И пошло-поехало по кругу,
Мол, неверен я и скандалист.
Убедить их думать об обратном
Я не мог – я дома был турист.
Так как в долгих был командировках,
Звал с собой – услышать не смогла.
Ты легко винишь меня виною,
Но сама тепло не берегла.
Без вины вина ко мне пристала.
Там, где нет любви, вину не смыть.
Оттого усталые раздумья
Заставляют в разных реках плыть.
Я плыву в твою, не заплываю.
В ней штормит, не мыслится теплом.
Но любовь в любви не умирает!
Сыновьями светится мой дом!
Так, любовь обидами сжигая,
Мы теряем в холодах тепло.
Пусть мне больно, я их понимаю,
В пониманье будет им светло!
Ведь ты рядом, боль твоя – их боль.
Искаженьем весь мой путь исчерчен,
Ты в молве сердца их не неволь.
Сам звоню им, в стуках сердца слышу,
Что разлука болью ранит их.
Понимая все переживанья,
Я не в силах думать за двоих.
Просьбой жил всю жизнь к тебе одною:
Не чернить мой облик в их сердцах,
Я вдали, ты им меня рисуешь…
Рисовался шум в их головах.
Без вопросов не бывать ответам.
Непонятность ты могла скрывать.
Разве мог бы грубостью ответить
Я в тиши, где Божья Благодать?
Часто мы другого обвиняем,
Где вина ложится на двоих.
Нет, не отыскать там пониманья,
Где не каются в грехах своих.
Жил заботой с думами о доме.
В безразличье утонул ответ.
Чрез молву за все виной овенчан,
Из вины им трудно дать совет.
С юных лет гуляньем оклеветан.
Тебе верил, глупость рассказал.
Очень жаль, но сын о ней услышал,
Из-за бурных лет возник скандал.
И пошло-поехало по кругу,
Мол, неверен я и скандалист.
Убедить их думать об обратном
Я не мог – я дома был турист.
Так как в долгих был командировках,
Звал с собой – услышать не смогла.
Ты легко винишь меня виною,
Но сама тепло не берегла.
Без вины вина ко мне пристала.
Там, где нет любви, вину не смыть.
Оттого усталые раздумья
Заставляют в разных реках плыть.
Я плыву в твою, не заплываю.
В ней штормит, не мыслится теплом.
Но любовь в любви не умирает!
Сыновьями светится мой дом!
Так, любовь обидами сжигая,
Мы теряем в холодах тепло.
Пусть мне больно, я их понимаю,
В пониманье будет им светло!